Впрочем, я не буду утверждать, что коррупция — это всегда и везде плохо. Я склонен воспринимать ее отстраненно, как стихийное социальное явление. А стихийное явление можно использовать как для разрушения, так и для созидания. Последние несколько лет много шума вызывает намерение РФ приобрести во Франции авианосцы типа «Мистраль». Я не буду сейчас брызгать слюной и кричать, что это преступление против обороноспособности страны, и вообще, абсурдно выглядит ситуация, когда страна, являвшаяся еще шесть лет назад первым экспортером оружия в мире (в 2009 г. доля РФ составила 24 % рынка, доля США — 30 %), хочет закупать вооружение не просто у вероятного противника, но и аутсайдера рынка. Меня в данном случае интересует лишь то, почему именно у французов табуреточный министр обороны хочет приобрести корабли. И не только корабли, речь уже идет о закупке во Франции автоматов и снайперских винтовок, что мотивируется якобы моральным устарением комплекса стрелкового оружия конструкции Калашникова.
Франция, скажем прямо, никогда не блистала гением своих оружейных конструкторов, тем не менее, каким-то образом умудрилась за четыре года почти утроить экспорт продукции ВПК, нарастив его с 3 миллиардов евро в 2005 г. до 8,6 миллиарда в 2009 г. Секрет прост: хотя официально это, разумеется, никто не подтвердит, но французы предлагают самые большие откаты в мировой индустрии оружия. Теперь, надеюсь, понятно, почему табуреточник воспылал такой любовью к «Мистралям» и «Фамасам»? Именно это позволяет стране поддерживать в тонусе свою, мягко говоря, неконкурентоспособную военную промышленность, сохранять и даже наращивать рабочие места в условиях экономического кризиса.