Ведь он итальянец, а для них петь все равно, что дышать. Если же природа что-то недодала ему, со временем это исправится, главное — не закрывать рот. Раньше Фрэнк совершал ошибку — тянул на бельканто, и только манера пения Кросби помогла ему понять, как следует петь. Важны особая мягкая фразировка, умение звучать проникновенно, и вовсе не стоит надрываться, лучше просто «мурлыкать», восполняя отсутствие мощного вокала душевностью и напором чувств. И получилось! Друзья единогласно признали Синатру лидером.

— Ты вот что… — сказал как-то Санни, почесывая рыжий затылок. За медлительность толстяка прозвали Ларго (от слова «медленно»). Он был самым опытным из них, так как посещал музыкальную школу и, раскрыв аккордеон, превращался из рыхлого увальня в виртуоза. — Ты, Фрэнки, будешь у нас солистом.

— Мы все обсудили и решили железно… — мрачно подтвердил красавчик Бено, ловко игравший на контрабасе. — Нам нужен солист. — Высокий, стройный, с копной длинных смоляных волос, он был немногословен и завершал каждую свою реплику итальянским bene, означающим «отлично». Он часто задумывался, перебирал четки, опустив длинные ресницы. Но даже когда тянул на контрабасе какую-то классическую нудятину, девицы едва переводили дух от сладостных грез. Они познакомились на конкурсе, а после к группе примкнул ударник Престо. Нервный, как черт, самоучка, он постоянно ругался, плевался и по любому поводу бил в челюсть. На его длинной, как огурец, голове всегда сидела мятая зеленая шляпа. Однажды он, пьяный, в этой шляпе, чудом выплыл из мутного Гудзона и с тех пор не расставался с ней ни при каких обстоятельствах.

— Надеюсь, ты не вздумаешь ерепениться? — Престо угрожающе посмотрел на будущего солиста.

— Ха! О чем разговор! Я только и мечтаю попеть! Решено, старики, я у вас главный. — Фрэнк сел на ящик — собрание проходило на пустыре — и закинул ногу на ногу. — У нас собирается отличный бэнд. Но предупреждаю: вкалывать придется не хило.