Окончила с отличием австрийский университет. Работаю многие годы врачом в областной больнице. Свободно владею несколькими языками. В социальном, материальном, общественном и правовом статусе я ничем не отличаюсь от средних слоёв австрийского населения. Всего добивалась честно, без связей и знакомств. Мой немецкий — без акцента: немногие распознают по языку, что я не из австрийцев. Большинство друзей и знакомых — местные. После многих терний и кропотливой работы меня наконец-то принимают за свою. О чудо! Никто уже не в силах распознать моего происхождения. Удаётся понимать с полуслова их шутки и намёки, ловко пересыпая чужеземную речь изысканными цитатами. В общем, считаюсь уважаемым гражданином их страны. В западном смысле слова — я полностью состоявшийся человек. Но это всё до поры до времени. Как только люди в разговоре узнают о моём русском происхождении (а я его не скрываю), их отношение ко мне резко меняется. И речь здесь идёт не о вежливости — в ней не отказать любому среднестатистическому европейцу. После первого минутного удивления моментально меняется выражение глаз и лица собеседника. Оно выдаёт гамму мыслей с такой амплитудой: от «что ей конкретно от меня надо?» до «чего она сейчас выкинет?» Затем в их речи сразу появляются надменно-поучительные нотки. Люди начинают с сожалением сетовать на то, как плохо живётся всем нам (русским, украинцам, белорусам, дагестанцам, чеченцам и далее по списку), и на то, какие плохие у нас в стране политика и экономика. Потом они переходят на то, что при Советском Союзе было, мол, ещё хуже и сколько мы тогда всего натерпелись. С этого момента и в последующих разговорах австрийцы начинают снисходительно поучать вас, причём, не важно, о чём идёт речь: о культуре или здоровье, политике или литературе. При этом они всегда дают понять, что разбираются во всём лучше, совершенно не стесняясь собственной некомпетентности во многих аспектах. В общем, всем своим видом они открыто демонстрируют собственное превосходство.