Канада. «И вот приезжает молодой кандидат наук на Запад и до старости корчится постдоком,

Некоторые, конечно, быстро раскусывают, что их используют как лаборантов, и превращаются в обычных членов общества потребления с потухшим взглядом. Крайне немногие добиваются позиции профессора, и на этом их жизнь заканчивается: нет свободного времени, их душит административная деятельность, дикая конкуренция за гранты и рутина. Стресс, стресс, стресс. Они не успевают накопить деньги на пенсию, их ждет унылая старость. Работа без выходных и по вечерам — лишь бы не выбросили с этой лодки. Единицы добиваются успеха. Один из таких добившихся успеха, мой знакомый русский профессор (Full Professor) после выхода на пенсию в Канаде принял решение вернуться жить в Москву.

Многим невдомек, что Запад ждет их с распростертыми объятьями не только как лаборантов, но и как морских свинок. Запад, изучает нас как осколки великой державы, составляет подробный портрет российского научного работника, вникая во все отклонения от нормы, выявляя малейшие слабые точки нашей коллективной личности. И он будет использовать в будущем эти слабые точки, чтобы бить по России. Многие мои соотечественники, вероятно, не чувствуя себя в полной безопасности, полностью замыкаются в себе, позволяя раскрыться себе только в семейных отношениях или «имея фан» (предаваясь удовольствиям. — прим Я. С.). Я их не виню. Нечего на зеркало пенять, коли рожа крива.

А вот, еще миф среди тех, кто не по рабочей визе уезжает, а эмигрирует. «Я — умный или умная, найду работу, и будут меня с моим высшим образованием на этой работе ценить». В результате, годами, а иногда и всю жизнь, эти люди с высшим образованием работают уборщицами в чужих квартирах и офисах. Знаю таких женщин. Одна из них на вопрос, чем занимается, ответила: «Клиню я».