Эдвард Радзинский -- признанная телезвезда, самый популярный автор отечественной салонной фольк-хистори. К нему уже привязался эпитет "сладкоголосый". За ироническим определением прячется зависть. Действительно, артистическая речь Радзинского способна очаровать и заворожить. Конечно, его лучше слушать, а если читать, то стараясь воспроизводить его интонацию. Без этих саркастических смешков и легко передаваемой патетики удовольствие не будет полным. Все-таки фольк-хистори обращается не к уму, а к эмоциям читателя, и тут актерское мастерство автора просто необходимо. Здесь нет места скучному анализу социально-экономических причин и следствий, история подается на уровне бытового сознания. Гораздо легче поверить, что Иван Грозный взял Казань и Астрахань мстя за ордынское иго, а не из-за тривиального выхода к Каспийскому морю. И, рассказывая о самом жестоком из русских царей, Радзинский в меру своих знаний излагает то, что ждет от него читатель (слушатель): сцены казней и оргий, внушающие страх и ужас. С точки зрения банальной эрудиции все каноны и шаблоны соблюдены. Разумеется, маленького Ваню забижали бояре, а он, когда подрос, велел всех пытать и казнить. Неувязки возникают там, где надо действительно углубиться в историю. Скажем, ходившие в народе челобитные Иваки Пересветова, где предерзко давались царю советы, как управлять государством, что следует казнить бояр и приблизить служивое дворянство, Карамзин считал написанными уже после смерти Грозного в оправдание его зверств. Позже личность Пересветова была подтверждена учеными, упоминания о нем найдены в бумагах того времени, но Радзинский заявляет, что под именем Ивашки выступал сам царь Иоанн, выдававший таким образом свои желания за глас народа. Но если бы автор потрудился заглянуть в труды Пересветова, он бы понял, что человек, написавший "Сказание о Магмед-султане", был на порядок образованнее царя.