Правда, на берегу остается знаменитый персонаж вместе с группой молодых энтузиастов, осуществляющих древние библейские пророчества и не готовых удовлетвориться ничем меньшим, чем возрожденное царство Давида… Маленький человек с усиками и с тросточкой, в котелке и больших ботинках, суетится вовсю. Он здесь не только персонаж Чарли Чаплина, но и сам Чарли Чаплин — режиссер и продюсер эпохального фильма. Настал его звездный час, и он старается успеть заснять восторги народа, лишенного желания строить свое совместное будущее и расстающегося с мечтой о независимом национальном доме.

Еврейское государство начиналось с утопии. Книги Теодора Герцля «Государство евреев» и «Новая–старая земля» — типичные утопии. Как любые утопии, их не удалось осуществить полностью. Не получилась страна воспитанных евреев, говорящих по–немецки, где удастся удержать армию в казармах, а раввинов в синагогах. Получилась страна, где, по известному анекдоту, старожил–кибуцник и новый репатриант из Германии (их в Израиле дразнили йеке) наблюдают работу в кибуце.

— Вон тот, что роет яму, — говорит йеке, — он был в Германии крупный ученый, профессор, заведовал кафедрой древних языков… Вот тот, другой, что подгребает навоз, — он был в Германии известным хирургом, возглавлял клинику в Берлине…

— Видишь, там собака лает? — отвечает фермер. — Она в Германии была доберманом.

Даже название книги Герцля вопреки правилам немецкого языка переводят как «Еврейское государство», не считаясь с тем, что автор назвал свою книгу «Государство евреев», что совсем не то же самое. Хотя в школьном курсе литературы учат, что утопия и антиутопия – разные жанры, в жизни почему–то получаются они всегда одинаково.

Мрачная утопия Амоса Кейнана показывает погруженный в затяжную гражданскую войну и разделенный на маленькие анклавы Израиль. Религиозные воюют со светскими, белые с черными, Иерусалим с Тель–Авивом.