Целый ряд исторических деятелей: Владимир Жаботинский, лидер американского еврейства рабби Стивен Вейзе, Альберт Эйнштейн, отец израильской журналистики Наум Соколов, основатель нью–йоркского «Форвердса» Ав (Авраам) Каган, писатель Шолом Аш, Шварцбард и многие другие выступают персонажами комедии. Не удивительно, что в список выдающихся евреев в пьесе не попали лидеры еврейской колонии в Палестине во главе с Давидом Бен–Гурионом — те, кого современная израильская история считает отцами сионизма и нации. Их тогда никто не рассматривал всерьез, а Хаим Вейцман в письмах жене издевательски называл палестинских еврейских лидеров то шайкой жадных политиканов, а бывало и похуже.

Порой беспощадная и парадоксальная пародия или точная карикатура передают реальность достоверней, чем скучные учебники истории и энциклопедии. Там, как известно, никогда не напишут самого интересного. «Вейцман Второй» анализирует менталитет поколения, которому предстояло создать государство евреев всего через четырнадцать лет после выхода пьесы. Цейтлин сумел показать уродства современной ему еврейской политической и общественной жизни, наложившие глубокую печать на современный Израиль. Несмотря на провозглашенные цели создания нового еврея, сионизм во многом не сумел избавиться от уродливого груза местечковой жизни. Цейтлин дает удивительно точный прогноз проблем современного Израиля. Некоторые сцены выглядят как сатирическое шоу из современной израильской жизни. Вся пьеса — анатомия краха идеи современного государства евреев: «государства, как все государства». Почти невидимая в начале 30–х годов религиозно–мистическая альтернатива мессианского возрождения еврейского царства сегодня еще более проблематична. Когда все это играют в манере «Мистерии Буфф» или «Земли дыбом» театра Мейерхольда, а пьеса — одновременно сценарий кинофильма, который делает не кто иной, как Чарли Чаплин, то становится ясно, что новаторская сатира Цейтлина — это незаслуженно забытое важное культурное явление в ряду лучших художественных экспериментов ХХ века.