– Вы свой налог уже заплатили?

– Придет такой день, когда его с меня потребуют.

Он рассеянно кивнул.

– Все так говорят. Плохие времена. – Он прошел мимо меня к прилавку в дальнем конце магазина. – По правде говоря, я пришел к вам побеседовать о чем-то вроде сверхналога.

Я недоуменно уставился на него.

Он взял пистолет с прилавка.

Я сказал:

– Положите.

Он положил.

– Стоит несколько больше двадцати фунтов, правда?

– Несколько больше.

Это был один из пары шотландских кремневых пистолетов, которые я приобрел контрабандно, чтобы узнать, будет ли кто иметь дело с контрабандным товаром.

Он осклабился и огляделся вокруг.

– Ужасно, если некто ворвется сюда, разгромит коллекцию, перевернет все вверх ногами. Ужасно. Никакое страховое агентство не поможет. Трудно оценить такой товар, я бы сказал.

В моей голове наконец прозвенел звоночек.

– Охранный рэкет? Но вы не можете пробавляться рэкетом в этой части Кенсингтона.

Он был достаточно интеллигентен, потому слегка смутился, а может у него был трудный день. Но он быстро пришел в себя.

– Рэкет? Кто тут говорит о рэкете? Безопасность, вот что это… Безопасность. Небольшая ежемесячная плата, и вы в безопасности, как в Букингемском дворце.

– Я предполагаю… Чарли Гуд?

Его брови чуть не сбросили шляпу.

Я погладил его плечо – мне пришлось тянутся, так как он был гораздо выше – и сказал:

– Послушай, свяжись насчет меня с Чарли. Скажи, что меня навестил. Я позвоню ему позже, когда он встанет с постели.

– Я ничего такого не сказал, что это как-то касается Чарли, – настаивал он.

– Но было бы лучше, чтобы тут не обошлось без него, приятель. Если ты пытаешься самостоятельно вести свою маленькую игру, то окажешься в смертельной опасности, когда Чарли услышит об этом.

Это его не напугало его. Так что, очевидно, он не действовал на свой страх и риск.