Он бросил на стол пакет, оттуда высыпались несколько цветных фотографий. Я стал их рассматривать, эти гады засняли буквально все, от и до, что мы делали там в номере. Я начинал нервничать.

– И что потом?- вспыхну я. – Это шантаж?

– Ты не оставляешь мне шансов, Рустам.

– Нет, все ясно, и куда ты направишь эти фотки?

– Да пока никуда. Ты вот (указывая на белые листки на столе), подпиши кое – что для меня, а негативы этих фоток можешь сжечь передо мной.

– Да пошел ты на хуй! – я потянулся и привстал.

Я выпалил это злобно и нервно, порвав все веревки. Я знал, что лечу в яму, но я торопился.

– Рустам, дорогой, твоя семья узнает о твоих сексуальных похождениях, тебе это надо? – его голос дрожал.

– А она и так знает, – соврал я.

Я уже блефовал, у меня не было иного варианта.

– …Ну…это уже совсем не то, что раньше, – он пытается парировать.

– Да моя жена гордится будет, что ее муж муженек, конек горбунок!

– начал я смеяться.

– Рустам…перестань фамильярничать. Перестань! – крикнул он мне самым натуральным видом и тоном, будто я за игрой в шахматы украл с доски ладью.

– Все, я уже перестал, – усаживаясь заново на диван.

– Я не понимаю тебя, Рустам, ты что, думаешь, так просто отделаешься от нас? – он уже заводился.

– Кого это от вас?

– Ну, от меня, от Вильгельма.

– Охо!…Кто такой Вильгельм?

– Не советую тебе узнать его поближе…, – глаза его горели.

– Если не советуешь, то значит и не надо узнать.

– Хорош пиздеть, азер! – он почти накричал.

– Ты что хочешь, Максим? – я тоже вспыхнул.

Обстановка в комнате накалялась до предела.

– Я хочу твое согласие.

– На что? – спросил я, не открывая глаз.

– На сотрудничество. Подпиши эту бумагу, ты на крючке, Рустам, пойми ты, – его рука тряслась. – Ну что ты как ребенок, ей Богу.

– Пошел ты на хуй! – я улыбался что есть мочи.