Я пришел туда как положено, позвонил, мне открыл двери Макс.

В гостиной сидел тот самый Очаков.

Оправа, большой нос, желтая сорочка. Он привстал, протянул мне руку.

– Зовите меня товарищ Очаков, – говорит он мне, посмотрев на меня в упор своими маслеными глазами.

Голос чуть хрипловат, но четок, чист.

– Хорошо, – угрюмо отвечаю я.

Мы уселись напротив. С минуту стал разглядывать его. Хочу описать его как можно яснее. Физиономия у этого Очакова похожа на черта.

Будто отцом его был не мужчина, а сам черт с рогами. Такой, типичный обыватель в погонах из России.

Темноволосый, с длинными баками, явно видно, что скупец.

Поднявшись, он солидно покачиваясь, пробрался меж шифоньера и стола на кухню, через минуту вернулся.

Макс как и прежде ушел из квартиры. Мы с Очаковым остались наедине.

Закурил сигарету, обжигая себе палец, он сидел в позе обиженного человека, готового в любой момент решить все проблемы и закончить на этом.

На столе я заметил тарелку с зеленью: петрушка, лук, репа. Три большие селедки, отварная картошка, хрустальный графин с водкой.

Он налил, мы выпили.

– Рустам, перейдем к делу, Рустам…Вы же видите, мы нуждаемся в вас, вы нам нужны, а вы ломаетесь, как муха на стекле.

– Простите, г-н Очаков…а кто вы вообще? С кем простите, имею честь?

– Я работаю в Москве, старший офицер службы внешней разведки…Ну это не важно впрочем. Рустам, не надо вам мудрить, ей богу. Обещаю, все будет хорошо.

– А что вы обещаете?

– Вот послушайте. Хотели бы вы работать заграницей? В разведке, при посольстве.

– То есть как?

– А вот так. Молча и просто.

– Будучи КГБ – шником, как сейчас?

– Да!… А как же иначе?!

– Допустим, я сказал да. И как вы это сделаете?