Так живет не один Северодвинск. Так живет вся Россия. В городе Южа Ивановской области за 400 граммов донорской крови платят 20 (двадцать) тысяч рублей. Заработать на продаже собственной крови для многих — единственная возможность не оставить детей голодными. Сколько у человека крови? Четыре с половиной, максимум шесть литров. Вот и цена русского человека на демократическом рынке России. Самая высокая — триста тысяч рублей. Щенки стоят намного дороже. И заботы о них ныне больше. Специальные магазины, богатый выбор питания, доктора, лекарства, школы дрессировки, лечебницы. Собачьи больницы открывают, детские поликлиники закрывают.

По данным профессора В.П.Медведева, проводившего изучение петербургских школ, из каждых ста учеников старших классов практически здоровы только четверо. У тысячи обследованных детей выявлено более двух ,тысяч заболеваний. И это в благополучном по' сравнению с остальной Россией Петербурге.

Но что произошло, что случилось в России, откуда миллионы безработных, бездомных, голодных, умирающих? «Если снижение выпуска продукции в 1992 г. и отчасти в 1993 г. объяснимо самим фактом перехода от плановой экономики к рыночной (в большинстве реформируемых экономик в первые годы производство сокращается), то спад в 1994, 1995, 1996 гг. уже невозможно списать на тяжкое наследие коммунистического режима. Беспристрастный анализ требует признать: продолжение экономического кризиса — это результат проводившейся в стране политики», — вынужденный признавать очевидное Институт экономического анализа не договаривает, что ведущаяся в стране политика — это хорошо продуманная, четко спланированная и жестко исполняемая программа уничтожения национальной культуры, национального образования, национального производства, национальной финансовой системы, и, самое главное, — извод русского народа»