Младшая дочь Жукова Мария Георгиевна четверть века работала с архивами отца. То одно найдет, то прямо противоположное. Однако нам не следует забывать слова самого Жукова, которые он написал на рукописи первого издания: «Этот экземпляр моей рукописи является окончательным. Со всеми дополнениями и изменениями — в печать! 30/VI-68. Санаторий „Барвиха“. Г. К. Жуков». Эта надпись совершенно четко указывает на то, что сам он был полностью согласен с текстом первого издания.

После выхода 12-го издания мемуаров Жукова я позвонил в издательство: полководец, говорю, четырнадцать раз цитирует книги, которые вышли после его смерти. Руководителей издательства я убедить не сумел. И тогда позвонил в «Красную звезду». Мое сообщение проверили, и 26 октября 2002 года в «Красной звезде» был опубликован следующий текст: «Посмертные издания воспоминаний Г. К. Жукова во времена перестройки якобы восстанавливают изначальный текст рукописи. Однако достоверность внесенных добавлений и исправлений, к сожалению, не может быть подтверждена самим полководцем».

К началу 70-х годов XX века коммунистическая власть сгнила окончательно. Было использовано множество способов поднять авторитет Коммунистической партии и ее Центрального комитета в глазах народа. И тут кто-то вспомнил о Жукове. Мысль простая и гениальная: пусть полководец расскажет о роли ЦК в руководстве войной и армией. Несколько осложняло ситуацию одно обстоятельство: пока сообразили, Жуков уже умер.

Мемуары тем не менее решили подновить в соответствии с требованиями момента. Обратились к дочери полководца Марии Георгиевне: нет ли чего о роли Центрального комитета? Она нашла именно то, что требовали. Было объявлено, что первое издание — неправильное. А вот теперь справедливость восторжествовала, найдено все, что было вырезано цензурой. Так родилось второе издание.

Например, в первом издании книги Жукова были такие строки: «В конце 20-х годов вышел в свет серьезный труд Б.