Никто и никогда добровольно и в здравом уме не отдает свой кошелек в чужие руки. Точно так же поступает и государство, оно всегда старается держать свой источник дохода под контролем. Этот стиль поведения не зависит ни от государственного строя, ни от цвета кожи населяющего страну народа, ни от фамилии руководителя страны, ни от степени развития прав человека и демократии, ни от членства в ОПЕК или даже в НАТО.

Членами ОПЕК являются демократическая республика Индонезия, где главой является президент, и Ливия, недавно отметившая тридцатилетие Социалистической народной арабской Джамахирии – государственного строя, аналогов которому в современном мире нет.

В Ливии, которую не раз обвиняли в поддержке международного терроризма и авторитаризме, все операции по добыче и переработке нефти точно так же контролирует государство. А началось все в далеком сентябре 1969 года, когда группа молодых армейских офицеров во главе с Муаммаром Каддафи свергла режим короля Идриса I. К 1973 году в собственность ливийского государства перешел 51 % акций всех нефтяных компаний, качающих черное золото из ливийских недр. Затем последовало и введение государственной монополии на экспорт нефтепродуктов. На сегодня единоличным распорядителем минеральных богатств страны является государственная Национальная нефтяная корпорация Ливии (National Oil Corporation of Libya). Эта монополия привлекает к добыче иностранцев, но обязательно имеет не менее 50 %-ную долю участия в каждом из соглашений по разработке и эксплуатации нефтяных месторождений.

Практически ничем не отличаются системы, построенные в бывших колониях: французской – Алжире, населенной арабами, и английской – Нигерии, имеющей чернокожее население. В обеих африканских странах не хватало собственных ресурсов для начала масштабных геологоразведочных работ, для создания инфраструктуры добывающей отрасли...