– Что касается вашего мужа, – сказал я резко, – тридцать долларов это чересчур, если он прячется в соседней комнате... Ах, простите! Это была маленькая шутка. Он пропал, да?

– Он в ярости выбежал из дому вчера вечером, чтобы разыскать мистера Трапмэна, и не вернулся домой, вообще не пришел ночевать. Поэтому я думаю, что он ранен или попал в тюрьму. Может быть, мертв.

Мне казалось, что это совсем необязательно, безотносительно к тому, кем там ей приходится мистер Трапмэн, но я не прерывал ее, пока она рассказывала.

– Надеюсь, он никого не убил... Он был ужасно расстроен, когда уходил. Все из-за нашей нефтяной скважины. Лучше бы мы никогда ничего о ней не слышали. Понимаете, из-за нее все перевернулось в нашей жизни.

– Нет, – сказал я тупо. – Не понимаю. Нефтяная скважина, да?

После паузы я продолжал:

– Возможно, было бы полезней, если бы вы изложили события по порядку: с чего все началось, что это за нефтяная скважина и почему она разрушила вашу жизнь, а также какая связь между ней и исчезновением вашего мужа вчера вечером. И мы могли бы начать с вашего имени.

– О да. – Она чуть улыбнулась. Это выглядело невероятным. – Я и об этом забыла.

Это ее «и об этом» несколько обеспокоило меня, но я внимательно слушал. Она назвала свое имя – Одри Уилфер – и имя своего пропавшего мужа – Джиппи. Она призналась также, что сильно беспокоится о нем, потому что раньше он никогда не пропадал на целую ночь, и, наверное, случилось что-то ужасное, а иначе бы он уже вернулся. С ним, должно быть, случилось что-то страшное! Возможно, он даже уже мертв. Она наговорила еще много всякого, чего, конечно, не могла почерпнуть из Нормана Винсента Пила или даже Дейла Карнеги. Наконец сказала: