Прежде всего я предложу вашему вниманию три рассказа, в которых показана достигшая крайних пределов способность к анализу и дедукции. Речь идет о «Двойном убийстве на улице Морг»
Вот первая из этих историй, и посмотрите, как Эдгар По подготавливает читателя к ее странному содержанию.
Приведя весьма любопытные наблюдения, с помощью которых автор доказывает, что человек, наделенный действительно сильным воображением, является, в сущности, всего лишь аналитиком, По выводит на сцену своего друга Огюста Дюпена. С ним автор проживал в Париже в отдаленном, безлюдном квартале Сен-Жерменского предместья. Он сообщает:
У моего друга был странный каприз (ибо каким еще словом назвать это?): любить ночь ради самой ночи. Она была его страстью <…> и сам я безропотно поддался этому чудачеству, как и другим, присущим моему другу, легко позволяя вовлекать себя во все его странности. Поскольку черное божество не могло находиться с нами постоянно, мы пытались найти ему замену. С первым лучом рассвета мы закрывали все тяжелые ставни нашей лачуги и зажигали пару источавших сильное благовоние свечей, дававших лишь очень слабый и тусклый свет. И вот в таком полумраке мы предавались мечтаниям, каждый своим, читали, писали или просто разговаривали до того времени, когда стенные часы возвещали нам о приходе темноты настоящей. Тогда мы, взявшись под руку, выходили на улицу, продолжая дневную беседу, и скитались допоздна, не разбирая направления, находя в беспорядочных огнях многолюдного города пищу для тех бесчисленных восторгов, каких не могло бы дать спокойное наблюдение.
При таких условиях я не мог не заметить и не восхититься особым аналитическим дарованием Дюпена, хотя широта мышления, свойственная моему другу, должна бы была меня к этому подготовить. <…>
В такие моменты он становился холодным и рассеянным, глаза его устремлялись в пустоту, а голос, — обычно он говорил звучным тенором, — срывался на фальцет…