Вдруг со стороны гор появилась вертушка, а за ней еще одна, обе были с красными крестами. Интересно, откуда это они? С нашего полка вроде нигде не воюют, соседний полк тоже никуда не выезжал. Неужели разведроту накрыли где-то?

Подойдя к воротам, я увидел там ротного, который что-то показывал водиле с тягача.

-- Что, не влазит в ворота? -- спросил я ротного.

-- А, это ты Бережной? Да, подкрылками цепляет.

-- Ну так пусть протаранит одну сторону, лопата у него вон какая, можно горы таранить.

-- Да, наверное, придется так и сделать.

-- Что за санитарные вертушки мелькают, товарищ старший лейтенант? -спросил я ротного.

-- Десантура в горах, сегодня утром их туда забросили.

-- Достается, наверное, ребятам в голубых беретах?

-- Да уж, несладко им сейчас. Нас наверно на блок поставят с той стороны гор. Если ДШБ духов из ущелья выбьет, нам придется их встречать внизу.

-- Черт, там десантуру молотят, а мы тут говно хороним, -- я сплюнул загустевшую как кисель слюну.

-- И это тоже кому-то делать надо, и ни чего с этим не поделаешь, -ответил ротный.

К нам подошел водила с тягача, это был парнишка литовец, звали его Витаутас.

-- Ну, что будем делать, командир? -- спросил он.

-- Таранить какую-нибудь из сторон, выбирай любую.

-- Нет проблем, таранить, так таранить, -- ответил спокойно Витаутас и пошел в тягач.

Мы отошли в сторону и приготовились наблюдать за тягачом.

-- Как думаешь, с первого раза протаранит? -- спросил ротный.

-- Да запросто, -- ответил я, и добавил, -- тягач это тот же танк, только без башни.

Тягач развернулся, опустил лопату, отъехал назад метров сто, и с разгона шарахнул по краю стены. Поднялась пыль, посыпались глиняные кирпичи, и ворота стали на пару метров шире. Тягач въехал во двор кишлака и поехал к колодцу.