О том, что пистолет в моих руках, они узнали по выстрелу. Не могу сказать, что я куда-то попала, но «братанов» от меня как ветром сдуло.

— Э-эй, ч-чокнутая, — слегка заикаясь закричал тот, которому я задвинула локтем. — Это тебе, блин, не игрушка.

— Знаю, Феликс, знаю, — пятясь вдоль перил, поведала я. — И сейчас ты это поймешь. Я мастер спорта и в темноте попаду в глаз любому, кто дернется.

Здесь я врала: я, конечно же не мастер спорта, но в глаз вполне попасть могла бы, если бы стреляла в упор. Однако «братаны» впечатлились.

— Феликс, хрен с ней, — сказал тот, которому я — коленом. — Ты же видишь, бля, баба на нерв заезжает. У нее с крышей полный голяк.

«Конечно — голяк, — удовлетворенно подумала я. — Это очевидно, разве нормальная женщина рискнула бы намертво схватиться с двумя такими лбами? Нормальная женщина с жуткими воплями покорно пошла бы умирать.»

— Чего ты хочешь, заполошная? — почти ласково спросил Феликс, явно обращаясь ко мне.

Я честно призналась:

— Хочу жить, как бы вам это ни было противно.

— Какой базар, живи, — милостиво разрешил тот, которому я — коленом.

— Но это не единственное мое желание, — тут же разочаровала его я. — Хочу чтобы вы с поднятыми руками сели в джип и отчалили. И руки, руки повыше поднимите, — здесь я грозно потрясла оружием.

— Лады, лады, — согласились «братаны» и с поднятыми руками попятились к своему джипу.

Я же, крепко сжимая в руке пистолет, продолжала двигаться вдоль перил, что, как позже выяснилось, было очень неразумно. Я не знала того, что ограда моста давно требовала ремонта и местами держалась на честном слове, я же нешуточно опиралась на перила, поскольку была на высоких каблуках, лишавших меня той устойчивости, которой требовали обстоятельства.

«Братаны» пятились к джипу, я передвигалась вдоль ограды, и когда они уже были готовы погрузиться в машину, а я уже собралась свободно вздохнуть, вдруг за моей спиной образовался провал. Раздался самопроизвольный выстрел, я даже не осознала, что выстрелила сама, лишь увидела испуганные лица «братанов», панику в их глазах и почему-то следом за ней просветленную радость. На все это хватило мгновения.