Работы по подъему "Курска" ни на один день не прервали плановую боевую подготовку флота. Подводные лодки как выходили, так и выходят в море. Вот и сейчас они там.

Разговор о "Курске" продолжился в Североморске, в штабе флота. Знакомый кабинет. В его окнах - причалы и море, в его окнах - флот и Север, боевые корабли и низкое, почти черное, осеннее небо. На тужурке комфлотом командирская "лодочка", в пальцах - мундштук, на столе - портсигар - эти верные вещи помогали пережить лихую годину.

- Что ещё помогало? - переспрашивает Попов. - Письма! Я получил свыше 350 добрых искренних писем от самых разных людей со всех концов России. Они-то и поддержали на плаву...

- Вячеслав Алексеевич, как вы оцениваете судоподъемную операцию?

- Высшим баллом. Все работали четко и слаженно. Проблемы, если возникали, решались без проволочек и лишних эмоций, хотя время отчаянно поджимало. Порой бывало так: решение найдено, на чертежах ещё проводят последние линии, а приспособление уже изготавливают в металле. Никакого бюрократизма! Не могла не впечатлить и новая технология судоподъема. Это реальный шаг в XXI век.

Кстати, цепная пила, которой отпиливали первый отсек, наше изобретение. Десять лет назад её запатентовал директор судоремонтного завода "Нерпа" Павел Стеблин. Но тогда особой нужды в ней не увидели... Я весьма признателен голландским и норвежским глубоководникам. Но ведь самая страшная работа выпала нашим водолазам - они входили в затопленные отсеки, они выносили тела погибших... Весом вклад Северного флота и в ход судоподъемной операции: наши корабли охраняли район, обеспечивали экспедицию точной гидрометеоинформацией, вели радиационный мониторинг. Транспортное, медицинское обеспечение.