— Молчать! — сказал Тайлер. Он проговорил это мягко, глядя на Стивенса своими бесцветными, абсолютно ничего не выражающими глазами. — Вы не станете этого делать, Гевин. Это опорочит мою репутацию честного человека. Возможно, хорошая репутация еще никому особого добра не приносила, но никому и не повредила. Я никому ничего не должен и никогда ничего чужого не брал. Так что не делайте этого, Гевин.

— А что же мне тогда делать, Тайлер?

Тот взглянул на него. Стивенс слышал его тяжелое дыхание, хотя лицо Белленбаха оставалось по-прежнему бесстрастным.

— Значит, хотите око за око, зуб за зуб?

— Правосудие этого хочет. Может, Лонни Гриннап хочет. Как ты думаешь?

Тайлер посмотрел на него долгим взглядом, затем повернулся и рукой показал брату и Стивенсу, чтобы они вышли на улицу, показал спокойно и властно.

Они вышли из хижины и встали в пятне света, падавшего из двери хижины. Где-то над головой среди листвы прошумел и замер ветерок.

Вначале Стивенс не понял, что задумал старший Белленбах. Он смотрел со все возрастающим удивлением, как тот, повернувшись лицом к брату, протянул ему пистолет и сказал голосом, не предвещающим ничего хорошего:

— Спор окончен. Я боялся этого с той самой ночи, когда ты пришел и рассказал мне все о содеянном. Мне следовало бы воспитать тебя получше, но я этого не сумел. Поди сюда. Встань вот здесь, и покончим с этим раз и навсегда.

— Тайлер, остановись! — вскричал Стивенс. — Остановись сейчас же!

— Молчи, Гевин! Ты хотел кровь за кровь, так ты это получишь.

Он все еще продолжал смотреть в лицо своему брату и даже не взглянул на Гевина.

— Встань вот сюда, — приказал он. — Вот здесь. Ну, держи...

Но было уже поздно. Стивенс увидел, как младший Белленбах отскочил назад с пистолетом в руке. Он заметил, что Тайлер сделал шаг вперед, и услышал в его голосе нотки удивления, когда тот понял свою ошибку.