От самого агентства. Путь немалый: сто три мили. Семьдесят миль по грунтовой дороге и последние три - по частной дороге, которая ведет уже прямо к полигону. Я искал место, где можно остановить машину. Автострада отпадает, вторая часть дороги - тоже. На обоих этих участках постоянно снуют машины, оживленное движение. Частная дорога охраняется день и ночь, стало быть, она тоже отпадает. Остается грунтовая дорога длиной в десять миль, проселок, - он стряхнул пепел с сигареты и глянул прищурясь на сидящих перед ним. - Десять миль. На четвертой миле отходит дорога, ведущая на Десятую автостраду. Движение здесь небольшое, и почти все машины проходят по той ветке проселка, что ближе к ракетному полигону, потому что она почище и на две мили короче. На расстоянии двух-трех миль от ворот ракетного полигона дорога сужается в этакое "бутылочное горло", которое образуют скалы по обе ее стороны. Помимо скал там еще заросли кустарника. Вполне подходящее место для засады или несчастного случая.

Блек кивнул.

- Точно, - сказал он. - Я ехал один раз по этой дороге и чуть сам не гробанулся. Если ты разгонишь машину на повороте, то не успеешь оглянуться, как окажешься в этом самом "бутылочном горле". Там было столько аварий, что теперь даже знак повесили.

- Верно, - подхватил Морган. - Итак, - продолжал он, - представьте себе этих двух парней в бронемашине. При такой погоде в кабине чертовски жарко. Они едут по одному и тому же маршруту чуть ли не в сотый раз... Духотища... Все это им порядком поднадоело, и они расслабились. На повороте к "бутылочному горлу" они видят машину, разбившуюся о скалу и скатившуюся с дороги. Посреди дороги лежит женщина, вся в крови - видно, ее порядком стукнуло.

Он наклонился вперед и уставился на Блека.

- Как ты думаешь, что станут делать эти двое в кабине: проедут дальше или остановятся, чтобы узнать, нельзя ли ей помочь?

Блек ухмыльнулся и взглянул на Китсона.

- Слышишь, умник? По-твоему, это фантазия? - спросил он.