Он и сам не знает, что ему под силу, а что нет. Но он не сомневается, что может преодолеть препятствия посложнее, чем эта пугающая проволока под током и массивные ворота, освещенные прожекторами. И он преодолеет их во что бы то ни стало!

Только как бы не утонуть сейчас в этом потоке людей, который плывет мимо Дэвида. Он, Дэвид Уоррен, офицер службы безопасности, направит его в нужное русло.

Он не задерживает взгляда на редких профессиональных шахтерах, которые вкалывают тут всю жизнь; гораздо больше подозрений вызывают пришельцы, которые нанимаются только затем, чтобы подзаработать несколько долларов на дорогу: шоферы без водительских прав, пастухи без стада, моряки без корабля.

Он машинально следит за клубами белой пыли, которая поднимается к облакам, не задерживаясь на фильтрах и в вытяжных трубах. Она оседает на холмики отходов, наваленные одноковшовыми экскаваторами, на крыши, а также на пруды охлаждающей жидкости, похожей на молоко. Сплошная белизна. Все бело вокруг Дэвида.

Он дрожит от холода, несмотря на толстую серую спецовку и теплое белье. Щегольская форма годится только для городских прогулок.

До конца дежурства Дэвид укрывается в будке, стараясь прогнать мрачные мысли.

Он даже пытается улыбаться. Но улыбка получается искусственной – и лицо кажется застывшим, словно маска.

Глава 11

3 января 1888 года

Сначала со светло-серого неба падали большие ленивые хлопья. К трем часам облака сделались смоляными, грозными, словно мягкий металл, и более страшными, чем сплошная чернота. Порывы северного ветра становились все сильнее; подхваченные им снежинки вихрем кружились у самой земли, потом стали покалывать лицо Кови.