— Если не ошибаюсь, ты согласен принять участие в операции, верно?

— Деваться некуда — согласен, — кивнул Аркадий.

— Так… Отлично. Скажи, тебе нравилась профессия офицера спецназа?

— Еще бы! Жаль только, что она не слишком-то универсальная.

— Это как?

— Предположим, летчики, моряки, химики, строители и другие узкопрофильные специалисты, уволившись из армии, могут пристроиться и на гражданке. Было бы здоровье с желанием.

— Ты прав — бывшим спецназовцам на гражданке приходиться довольствоваться охраной и работой в частных структурах безопасности. Так вот, Аркадий, я предлагаю дело, напрямую связанное с хорошо знакомой тебе спецификой, но хочу предупредить: справиться одному будет невероятно сложно. Поэтому позволь сначала спросить: остались ли у тебя знакомые коллеги, столь же, мягко говоря, неустроенные в жизни?

— Конечно, остались.

— Пожалуйста, перечисли человек пять: возраст, звание, фамилии, специальности, где проживают…

Серебров наморщил лоб, пожевал губами и начал вспоминать:

— Прапорщик Матвеев Сергей Павлович. Около пятидесяти лет; отличный снайпер; живет в Ставропольском крае. Майор Куценко Борис Иванович; у нас служил командиром роты, в год моей демобилизации перевелся заместителем командира батальона в морскую пехоту. Мастер спорта по плаванию…

— По плаванию? — встрепенулся фээсбэшник.

— Да. Пару лет даже попадал в сборную ЦСКА.

— Отличная кандидатура. Продолжай.

— Борьке около сорока пяти; после увольнения осел где-то под Ростовом, но слышал, будто уезжал в Штаты на ПМЖ, через полгода вернулся. Давно с ним не виделись; телефон есть — могу позвонить и уточнить…

Он замолчал, пристально посмотрел сквозь открытое окно на залитый солнцем двор; тяжко вздохнул, будто споткнувшись в памяти о невосполнимую потерю…