Несколько лет назад Серебров участвовал в крупной армейской операции, проводившейся в здешних краях, и сейчас глядя на карту, видел не только скупые обозначения, но и представлял местность «в нартуре». Ползущий с юго-востока до Итум-Кале длинный вытянутый хребет, кое-где перечеркнутый ниспадавшими складками; змейка грунтовки меж разбросанных мелких селений; внизу холодный и быстрый приток Аргуна. Напротив лесистый склон соседнего, более высокого хребта. Центром означенного района был последний аул — крохотный и позабытый богом. А неподалеку от его восточной окраины обитало старое кладбище с полуразрушенным каменным домом. Эти развалины майор и выбрал в качестве отправной точки операции…

Ничего здесь не изменилось за прошедшие годы. Да и что могло измениться в горном селении, от которого до скромного райцентра напрямки почти тридцать километров, а до столицы республики больше сотни? Разве что поубавилось стариков да прибыло могил на кладбище.

— Аркадий, надо бы осмотреть развалины, — подал голос капитан Супрун. Будучи по специальности подрывником, он всегда отличался осторожность. В той давней войсковой операции участвовал вместе с майором и, вероятно, успел разгадать задумку: оставить бэтээры на дороге — у вершины отрога, а самим незаметно подойти к кладбищу.

— Так и сделаем, Илья — не волнуйся. Мне тоже пожить охота, — пробурчал в ответ давний приятель.

На открытом участке дороги с хорошей видимостью во все стороны Серебров саданул каблуком по переднему люку, головная машина послушно остановилась, сзади подъехала вторая. Бойцы спрыгнули на землю, отряхнули камуфляж от белесой пыли.

— Сержант, оба экипажа остаются здесь, — обернулся майор к старшему первого бэтээра. — Посадишь самого глазастого на броню и прикажешь вертеть шарабаном, пока резьбу не сорвет. Понял?

— Так точно.

— Вот и хорошо. Пусть лучше сорвет одному, чем отрежут всем. Сидеть смирно, никого к машинам ближе километра не подпускать, в эфир понапрасну не лезть — по окончании работы свяжусь сам. Все…