Моше Даян и Эзер Вейцман были кумовьями, женатыми на сестрах и всю жизнь их связывали дружеские отношения. Незадолго до смерти Даяна в 1981 году я видел их на одном семейном торжестве вместе. Маленький, жилистый Даян стоял рядов с огромным Вайцманом оживленно беседуя о чем–то. Вейцман перетянул Даяна в правительство Бегина. Вместе они сыграли огромную роль в достижении мирных соглашений в Кемп–Дейвиде. В отличие от Даяна, Вейцман всегда оставался верным традициям британского джентльмена. Он учился в Англии и навсегда остался верен старомодным британским условностям и традициям со всем хорошим и дурным, что в них. Свой антиамериканизм, сопротивление культурной американизации израильского общества Вейцман во многом вынес из Британии. В 1995 году после гибели трех подростков, смятых толпой на рок–концерте во время Арадского фестиваля песни, Вейцман сказал «Нам надо остерегаться Мак–Дональдсов, остерегаться Майкла Джексона, остерегаться мадонн…»

Однажды я попал на празднование бедуинского шейха в Шатрах Кейдар. Гостей рассадили на низкие стулья и циновки, а еду подавали, как принято у бедуинов. Гостей было много, и нас посадили рядом с Эзером и Реумой Вейцман. (Тогда он еще не был президентом и уже не был министром). Я помню, как в таких стесненных обстоятельствах Вейцман чопорно ухаживал за женой.

Уже будучи президентом Вейцман решил выступить против уродливого домашнего насилия, ставшего достоянием гласности в Израиле в 90–е гг. До того считалось неприлично об этом говорить. Ведь все знают, «что еврейский муж не пьет и не бьет» Побои и даже убийства женщин вызвали возмущение по всему Израилю, заставили власти принять меры. Был ужесточен контроль, в полиции введен особый протокол, подготовлены специальные следователи по вопросам домашнего насилия. Широко развернулись педагогические программы, были созданы укрытия и центры помощи, налажены специальные телефонные линии доверия. Вейцман подержал кампанию своим немалым авторитетом.