– Когда есть желание, ищут возможность, а когда его нет, ищут причину, – заявила Анна. – Подумаешь, документы! Захотела бы – сделала бы, а Кристю взяла бы с собой, чтобы с родной бабушкой ее познакомить. Нечего отговорки придумывать.

– Я не придумываю, но лететь с ребенком так далеко не считаю правильным. Перемена климата очень плохо отражается на маленьких детях. Знаешь, как я с ней намучилась после того, как мы летали на похороны Эдварда?

– Нечего говорить о прошлом, – сказала Анна. – Через две недели прилетит мой поверенный. Конечно, я бы могла просто составить завещание и успокоиться, но есть одно огромное «НО». По завещанию ты сможешь вступить в законные права наследования только после моей смерти, да и то не сразу, а через полгода, это раз. Тебе придется заплатить невероятно огромные налоги, это два. Ты не гражданка Америки, возникнет много подводных камней, чтобы ты как можно дольше не могла воспользоваться этими деньгами и они оставались в их банках, это три. Я же хочу, чтобы ты могла пользоваться этими деньгами прямо сейчас, поэтому я здесь! И это – четыре. В общем, я сделаю, что задумала.

– Ты собираешься в ближайшее время умереть? – нахмурилась Ника. – Что за дурацкие мысли?

– Это жизнь, доченька, и не смей со мной спорить! Кто знает, что будет завтра? Эдвард разве думал, что все так обернется? Один миг – и все… Авария!

– Мам, что ты говоришь?! Прекрати немедленно, я не хочу этого слышать! Ради бога, живи сто лет, и давай не будем о грустном! Поешь, наконец! – воскликнула Ника.

– От обеда мне придется отказаться. Сегодня среда, я голодаю, – заявила Анна. – Но я с удовольствием посижу за столом и посмотрю, как вы едите эту отраву, – ехидно добавила она.

– Мама-а! – простонала Ника. – Ты можешь голодать сколько угодно, но зачем же портить аппетит другим?