– Экая незадача, – дрогнувшим голосом проговорил Георгий, затем повернулся к гадалке и сердито спросил: – Что это вы гадаете, любезная? Какие такие тела?

Гадалка качнула головой, словно прогоняя сонную одурь, потом вдруг схватила руку Георгия и потянула к себе, но принц ее вырвал.

– Что вы делаете, мадам? – визгливо воскликнул он. – Какого черта!

– Кровь, кровь, кровь… – быстро шептала гадалка, раскачиваясь на стуле. – Купи трость… Купи трость… Бамбуковую трость…

Георгий вскочил с места, но теперь уже Николай схватил его за руку.

– Подождите, Джорджи, – сказал он. – Пусть она договорит.

– Если вам угодно слушать эту ахинею про трупы и трости, то… извольте – я сяду, – сказал Георгий и снова сел.

Гадалка между тем продолжала раскачиваться на своем стуле. Она опять забормотала, сначала тихо, но затем голос ее окреп и стал звучать все выше и выше, словно черпая силы из неведомого источника.

Она вдруг сняла с пальца кольцо, снова схватила руку Николая, быстро вложила ему кольцо в ладонь и сжала его пальцы в кулак.

– Что это? – нервно проговорил Николай, отдергивая кулак.

– Спасет… – бормотала вещунья. – Спасет… При себе… Всегда… Это власть… Это сила…

Николай разжал пальцы и посмотрел на кольцо, потом опять – совершенно машинально – сжал пальцы в кулак.

Гадалка продолжала раскачиваться на месте, но теперь она бормотала на непонятном восточном языке – тихо и яростно.

– Ну все, – со злостью проговорил Георгий. – Это уже не смешно. Вы как хотите, Ники, а я ухожу!

Он встал со стула и, на ходу напяливая котелок, двинулся к двери.

– Подождите, я с вами! – крикнул ему вслед Николай и тоже сорвался с места.

Молодые люди в мгновение ока достигли двери и, не задерживаясь, выскочили на улицу.

Востоковед Ухтомский, которого Александр III снарядил в спутники своему нерадивому сыну, сидел развалясь в кресле и читал толстую книгу.