И совсем открытый вопрос — а если это собака — метис? Дворняжка, с неизвестной историей и происхождением?

Еще, замечу — у нас ни один журналист или депутат не в состоянии сформулировать, что он понимает под понятием «опасные собаки», т.е — порода, особенности, некие внятные и конкретные очертания проблемы, что, это собственно, за существо. Вернее — каждый, конечно, скажет, но все — разное, то есть люди плохо себе представляют форму явления. Нет единства во взглядах в отношении их списка, мало того — в качестве кандидатур в него рассматриваются отечественные породы — национальное достояние и селекционные достижения России. Поистине, «страсть Геростратова»… Или это такое болезненное желание оказаться впереди паровоза, вечный зов унтер-офицерской вдовы к розгам?

Больше ведь нигде не додумались.

Это вызывает недоверие и изумление, так как очень похоже на доктора, который с умным видом сидит у постели тяжелого больного и пишет лечение, но при этом не знает не только диагноза, но даже примерной локализации процесса — голова, живот или ноги… В конце концов, это приведет к тому, что во всей этой истории непременно разберется патологоанатом. И все распишет.

На сегодняшний день запреты пород нельзя считать ни эффективным средством борьбы с опасными собаками, ни вообще актами, направленными на что-либо, кроме пиара и протекции интересов заводчиков собственных, совершенно аналогичных по своим физическим и психическим свойствам пород. Нужно ли нам следовать этому? И что делать потом, если запреты принять, а несчастные случаи с участием собак не исчезнут (как не исчезли там, где эти запреты действуют несколько лет)? Расширять список пород? Или молчать, сделав вид, что у нас все меры приняты? Или все же попытаться понять — так ли они опасны и отчего они порой бывают смертельно опасны?

Кого мы боимся? Насколько опасны собаки?