Раздался громкий хлопок, затем последовала ослепительная вспышка. От неожиданности водитель впереди идущего «КамАЗа» резко нажал на тормоз. «КамАЗ» остановился. Встала и вторая машина. Дубов, вышедший из леса, вскинул снайперскую винтовку. Задние пологи откинулись, и прапорщик нажал на спусковой крючок. Охранники из кузовов выпали на дорогу. Одновременно с флангов по боевикам, находившимся в кабинах, открыли прицельный огонь бойцы боевых двоек Мамаева и Буракова. Три выстрела, и оба водителя со старшим передней машины уткнулись окровавленными черепами в переднюю панель. Невредимым остался только тот, кто сидел на месте старшего во втором автомобиле. Он успел только дверь открыть и передернуть затворную раму своего автомата. Старший лейтенант Гончаров выбросил боевика из кабины, приставив ко лбу глушитель своего «вала».

— Лежи спокойно, сволочь! –  Передал в эфир: –  Стрела-1, я –  Стрела-33. Старший второй машины обезврежен.

— Он цел?

— Отряхнется, как новенький будет!

— Все к машинам, –  передал по связи приказ Вьюжин. Затем подошел к плененному начальнику колонны и спросил: –  Ты Рудольф?

— Я! Рудольф Каранов! –  ответил боевик.

Вьюжин кивнул Гончарову на бандита:

— Саша! Обыщи его, да аккуратней, особенно с радиостанцией!

— Я все понял, командир!

— Давай! Потом ко мне его!

Подошедшим бойцам майор приказал:

— Трупы боевиков в кусты, в кучу. Начальство разберется, что делать с ними дальше. Выполнять!

Офицеры разошлись по машинам.

Гончаров подвел к Вьюжину плененного главаря:

— Рация при мне, командир! Действует в режиме приема-передачи.

Майор спросил бандита:

— Успел послать своим подельникам на базе сигнал об опасности?

Рудольф отрицательно покачал головой:

— Нет, начальник! Не до этого было. Вы налетели так внезапно!

— Смотри! Обманул, расстреляю к чертовой матери! Без суда и следствия!

— Клянусь, не обманул.