Игроки отдавали себе отчет в том, насколько несовершенен их кий. Некоторые пробовали спиливать его конец, натирать его мелом. Придумали даже сделать в наконечнике кия углубление, которое заливали гипсом или известкой. В результате можно было производить более совершенные удары.

В 1827 году игрок Манго изобрел кожаную наклейку на кий. Это новшество настолько сильно повлияло на удары, что изобретатель мгновенно сделался основателем новой школы в бильярде. Благодаря выдумке Манго шар мог проделывать многие неизвестные дотоле вещи: кружиться, стоять на месте, отбрасываться бортом или другим шаром, откатываться назад, внезапно менять углы и скорость. Это был самый настоящий пик популярности карамболя. Лузы сделались ненужными, а боковые удары привлекли всеобщее внимание. О прочих видах игр французы внезапно забыли. В бильярдных негде было упасть яблоку.

Вот как рассказывает о небывалой популярности бильярда во Франции один из современников Манго в 1827 году:

«Отличные кии (Манго) не сразу распространились. Игроки хотели воочию убедиться в превосходстве нового кия. Около этого времени я был студентом в Тулузе и, к стыду моему, сознаюсь, что бильярдное заведение мадам Мори брало перевес над факультетом. Я гораздо меньше занимался завоеванием Алжира и падением старшей линии Бурбонов, нежели великим открытием знаменитого Манго. Он привез с собой магический кий, который возбудил в кругу игроков сенсацию. Они волновались сильнее, чем астрономы при появлении новой кометы. Между тем Манго вызвал на состязание знаменитого в Тулузе игрока, майора Дуга.

В то время славился в Тулузе майор Дуга, который приписывал себе честь изобретения гипсового кия. Этот майор приобрел на войне чины, орден Почетного легиона, много странствовал, много всего видел; жизнь его была исполнена самых разнообразных приключений, но он ни о чем не говорил, кроме бильярда. Его настоящее место было за бильярдом с кием в руках, сигарой в зубах, и тогда Дуга забывал все в мире.