Как сказано в "Сутре светила луны" (8.10):
"Силой безмятежности становятся невозмутимыми. Благодаря проникновению становятся подобными горе."
Итак, неуклонное, неотступное пребывание мысли на том объекте, на котором она закреплена, ? это печать безмятежности.
А постижение реальности отсутствия самости, избавление таким образом от воззрения [о реальности] "я" и от прочих дурных взглядов и уподобление горе, которую не могут поколебать противники, ? это печать проникновения. Так следует их различать.
Пока не осуществлена безмятежность, хотя и исследуем при помощи аналитической мудрости понятие бессамостности, ? суть отсутствия самости не проясняется, ибо мысль слишком колеблется, как пламя светильника на ветру. Если же анализировать, предварительно осуществив безмятежность, то изъян чрезмерного возмущения [мысли] устраняется и общий смысл отсутствия самости становится ясным. Поэтому аспект невозмутимости проницающей*26 мысли возникает из незатронутой рассуждением безмятежности, а аспект постижения бытия как оно есть из безмятежности не возникает. Так, например, ясное освещение образов светильником в первую очередь обеспечивается фитилем и пламенем, а не занавесом, защищающим от ветра и т.п., хотя неколебимость, устойчивость пламени светильника обеспечивается занавесом и т.п.
Итак, если применять проницающий анализ при безмятежном ровном сосредоточении*27 ума, лишенном "неровностей" расплывания и возбужденности, то истинный смысл постигается. Об этом и говорится в "Подлинном своде Дхармы":
"Если ум уравновешен, то истина постигается подлинно."
И в "Первой ступени созерцания" сказано:
"Поскольку ум волнуется, как река, лишен основ безмятежности, он не пребывает [в сосредоточении].