Абу был очень дисциплинированным сотрудником, свои обязанности по службе выполнял неукоснительно и бесстрастно, и вскоре заслужил благосклонность высшего руководства, получив назначение на должность начальника направления, отвечающего за связи с исламскими освободительными движениями, более известными, как всякого рода экстремистские кружки. Манипулирование ими означало немалые выгоды для лидеров многих стран, норовящих таскать из костра печеный картофель чужими руками. А то и просто разжечь тот или иной костер в нужный час в необходимом месте.

Итак, Абу был на хорошем счету в разведке, кроме того, его дядя − армейский генерал, выбился в круг приближенных к президенту лиц, открыто патронируя племянника, что, естественно, отмечалось шефами молодого разведчика, а потому вскоре тот ощутил свою значимость и почтение со стороны многих влиятельных чинов.

Может, иной бы обольстился своим положением избранного, уверился бы в непогрешимости и надежности покровителей, служа вбитым в голову истинам, однако не зря был принят в разведку молчаливый и умный Абу: он неуклонно учился искусству холодного препарирования фактов, извлекая из них выводы − извечно неутешительные. Главным из выводов являлся тот, что его страной управлял деспот, обуянный гордыней. Созданный им аппарат насилия, в котором служил Абу, был грозен и действенен, внушая трепет черному люду, сдерживая неприязнь между шиитами и суннитами, подавляя вольнодумство курдов и отражая шпионские происки Запада. Но нельзя было нападать на соседей, обнаружив при этом слабость и неумелость своей армии, нельзя было замыкаться в своих амбициях на нефтеносной земле, очевидно понимая ее вожделенность для неверных, чья цивилизация создала нынешний мир с его ядерными умными ракетами, спутниками и компьютерами.

Война в Кувейте и первая американская компания открыли Абу истину: будущего у Саддама нет. Он обречен. Но Саддам не только диктатор, это − могучий магнит, и, не стань его, миллионы опилок, выстроенных силовыми полями в непреложный и четкий узор, смешаются в непредсказуемом хаосе. Возможно, со временем картина восстановится, но какое в ней место займет он, Абу, даже и сумев пережить потрясения и погромы? Новый режим не щадит приверженцев режима старого. А спецслужбы − авангард любого режима, и расправа с ними безжалостна совершенно.