Она всегда шла до конца. Она задыхалась все больше и больше посреди этих джунглей Ашрама, где не хотели понимать ничего, кроме своего собственного крохотного человеколюбия. Она прорубала путь там через этих людей, которых было не тридцать шесть, но одно единое "болото", как она говорила, впрочем, с золотыми блестками на поверхности и периодическими духовными взлетами, потому что, несмотря ни на что, мы всегда двойственны. Она прорубала путь сквозь "неприступные крепости". Она шла на штурм нового вида, преодолевая сопротивление старого. Как рыба, которая ползет по песку, преодолевая асфиксию и корчи, которые являются асфиксиями и корчами всего старого вида. Прорубать надо в теле. Надо становиться наперекор самому себе. Наперекор всем надо осмелиться откопать то, что еще не от мира сего.

Новое существо это гибель для всех. Оно все рушит. Оно все расшатывает. Оно идет вразрез со всеми законами. Ведь речь идет о том, чтобы вырвать Новый Закон из отрицания своего собственного тела и всех других тел тоже, потому что есть только одно единое тело!

Она прокладывала путь, Она делала это столько, сколько могла, сидя в позолоченной башне, окруженная мрачными стражами и всевозможными змеями. Она больше не пользовалась словами, Она только смотрела своим пронзительным Взглядом, проникающим сквозь века и стены. Она только улыбалась своей непостижимой улыбкой сочувствия к той ране, которой все мы являемся. Она брала меня за руки, Она сосредотачивала свой взгляд, Она тайно влекла меня к тому, чего я еще не понимал, к тому, чем я еще не был. А теперь я это знаю. Она влила в мое сердце и в мое тело несколько капель нового фермента надежды Земли.

"Я хочу идти дальше" сказала Она мне накануне 17 ноября 1973 года.

Она, бесстрашная.

Она, которая все мне дала, и все для меня сделала, для всех нас и без нашего ведома.

Она, которая была старше Фив, вырвавшая тайну у Сфинкса нашу тайну.

О, ее руки, нежные и сильные, державшие мои, такие сильные, что казалось, Она меня вытягивала и хотела вытянуть всю Землю.