— Ты что-то говорил о «научном доказательстве», — вспомнил Дронго, — можно узнать, чем нам помогает в этом деле наука?

— Можно, — кивнул Вячеслав, — я обратился в областное ФСБ. Там у меня работает мой товарищ по факультету — Салават Мусин. Он башкир, получил назначение в Новгород в прошлом году. И ему удалось убедить руководство ФСБ проверить показания Тевзадзе на «детекторе лжи». Теперь вы понимаете, почему я так уверен в том, что мой подзащитный невиновен?

— Нет, не понимаю.

— Мы проверили его на «детекторе лжи» в областном управлении ФСБ, — пояснил Славин, — и аппарат показал, что Тевзадзе говорит правду, когда утверждает, что не убивал Проталина. Мы проверяли трижды. Никаких сомнений. Он говорит правду. Можете себе представить, в каком состоянии я оттуда вышел…

— Что было дальше?

— Нам не поверили. Сказали, что аппарат несовершенен. И никто не может дать абсолютной гарантии. А все улики были против Вано Тевзадзе. И следователь пришел к выводу, что материалы проверки на «детекторе» он не будет подшивать в дело. Точнее говоря, следователь им просто не поверил.

— А ты поверил?

— Я абсолютно убежден, что он не убивал. Но не могу доказать, что там произошло и куда мог исчезнуть убийца. Окно выходило во двор, и если бы убийца захотел выпрыгнуть в окно, он бы упал прямо на старушку, которая стояла у дома. Но окна были закрыты.

— Проталин был сильным человеком? Сколько ему было лет?

— Сорок два. Он был выше среднего роста, занимался борьбой — самбо, дзюдо. Кажется, был мастером спорта по самбо. Одним словом, человек спортивный, сильный.

— А Тевзадзе?

— Он среднего роста, полноватый. Был полноватый, сейчас сильно похудел. Никогда не занимался спортом.

— И я должен поверить, что этот несчастный грузин, который всегда сидел на хозяйственных преступлениях, сумел отнять оружие у полковника милиции, мастера спорта по самбо, и даже застрелить его?