Состязание в искусстве домашнего анализа – вот что происходило в этой партии. Кто глубже проник в тайну позиции, тот будет торжествовать. Но кто? Как два летчика в воздушном бою, молниеносно сближались партнеры, не желая уклоняться от намеченного курса. Одного неминуемо ждала гибель. Но разве и в шахматах порой не поем мы песнь безумству храбрых?!

Вот один из партнеров надолго задумался. Двадцать седьмой ход противника оказался для него непредвиденным. Вскоре позиция резко ухудшилась, и ему пришлось перейти к трудной защите. Поможет ли это спасти партию?

Аналогичные приключения с дебютными новинками не редкость. На межзональном турнире в Гетеборге в 1955 году советские гроссмейстеры показали замечательный образец коллективного творческого сотрудничества. Болельщик, пришедший на четырнадцатый тур часа через полтора после начала игры, останавливался, пораженный тем, что происходит в партиях Керес – Найдорф, Геллер – Панно и Спасский – Пильник. На всех трех досках стояла одна и та же позиция – ход в ход. Все шестеро будто копировали до мельчайших подробностей игру соседей.

Оказалось, что днем три наших шахматных аса, готовясь к партиям, собрались вместе и решили, что неплохо испытать новый метод атаки. Случилось так, что их противники – аргентинцы были в курсе последнего слова теории сицилианской защиты. Они, в свою очередь, надумали поймать в ловушку советских коллег, не подозревая о новом способе атаки, изобретенном нашей дружной тройкой. Советское новшество оказалось действеннее, и все три партии кончились стандартным результатом: поражением аргентинских гроссмейстеров.

У шахматных новинок так же,' как и у целых дебютных систем, различная судьба. Одни погибают, не успевая расцвести, другие живут долгие годы. Пожалуй, наиболее любопытная судьба и самая длительная жизнь у так называемой атаки Маршалла – одного из интереснейших шахматных изобретений.