– Вот раньше под нами действительно интересный человек жил. Антиквар. Дядя Феликс.

– Да? – с деланым равнодушием переспросила я, но внутренне напряглась. – Чего собирал?

– Все. Но больше всего холодное оружие любил.

– И где он сейчас? Посадили?

– Почему посадили? – Полина удивленно заморгала. – Он умер. Его убили. Представляешь! Стилетом из его же коллекции!

– Да, – посочувствовала я, – в наше время опасно быть антикваром. А что его родственники? Наверное, распродали всю коллекцию с молотка?

– А что родственники? У дяди Феликса только жена была. Намного моложе его, между прочим! Любил он ее, просто страсть! Катюша то, Катюша се… Баловал, конечно. Да она, в общем-то, неглупая. Универ закончила, на работу устроилась юрисконсультом, кажется. А насчет коллекции… Зачем же ее продавать? Денег там и так полно: от мужа остались, сама неплохо зарабатывает, да и папенька время от времени подкидывает.

– А кто у нас папенька? – спросила я, уже предполагая ответ.

– Ювелир. Он в Москве живет. Очень известный человек. Катька говорила, что он в Алмазном фонде консультантом работал. Сейчас-то, конечно, на пенсии уже. Но все равно к нему иногда обращаются за советом и для оценки бриллиантов, золота…

Полина продолжала что-то говорить, но я ее уже не слышала.

«Вот это я удачно пришла! – думала я. – Ай да Катюша! Папенька – ювелир, муженек – антиквар. Интересно, а Веник знает, что за птичка ему попалась? Надо будет его потрясти как следует!»

Из размышлений меня вывел оглушительный вопль Полины:

– Прекратите немедленно! Слезай с нее сейчас же!

Девушка вскочила со скамейки и, сжав кулачки, затопала ногами. Я перевела взгляд на газон, где резвились наши собачки. Н-да, резвиться-то они резвились, но уже в несколько ином направлении.

– Женька, их надо растащить! Я Шурку вообще стерилизовать хотела! Мне щенки не нужны!