Группе игроков, в том числе и мне, предложили временно поиграть за «Динамо», и мы с радостью согласились. Выступал я довольно успешно за третью команду. Уже тогда динамовский клуб произвел на меня впечатление своей организованностью и солидностью. Настало лето. По привычке я продолжал приходить на стадион «Динамо», который располагался тогда в Орлово-Давыдовском переулке, и с интересом наблюдал за выступлениями футболистов этого общества, потихоньку болея за них. Среди тогдашних динамовцев было немало известных: вратарь Федор Чулков, центральный полузащитник Иван Артемьев, молодой, но уже входящий в славу нападающий Сергей Иванов, быстрый правый крайний Александр Борисов…

С Александром Прокофьевичем Борисовым, по чьему эскизу создана эмблема общества «Динамо», мы впоследствии познакомились довольно близко. Он стал известным архитектором, в пятидесятые годы переехал в Кишинев, где по его проектам было построено немало зданий. Когда я вместе с московским «Динамо» приезжал в Кишинев, Борисов неизменно навещал меня, и наши с ним беседы, не только на футбольные темы, затягивались надолго.

Среди других московских игроков на меня в то время наибольшее впечатление производили Петр Исаков, братья Владимир и Константин Блинковы, Александр Холин, Казимир Малахов… Все они были футболисты техничные, умные, отличавшиеся точностью в передачах и ударах. Мне запомнилось, как на «Унионе» в 1923 году вратаря нашей первой футбольной команды Бориса Баклашова тренировал по его просьбе нападающий Петр Исаков, игравший тогда за «Красную Пресню». Вот кто действительно мастерски, словно по заказу, наносил удары по воротам – Баклашов трудился в поте лица.

Наблюдая за– игрой тогдашних своих кумиров, я, естественно, старался перенимать у них все лучшее.

Скромное поведение, простота в игре, умение дать точный и своевременный пас, неплохая техника, некоторое, я бы даже сказал, остроумие в игре дали мне возможность за три года пройти путь от четвертой до первой команды «Совторгслужащих».