Так «Спартак» и не отыгрался. Мы откровенно играли на удержание счета, мяч в аут выносили, тянули время. Через пятнадцать минут нашей радости не было конца. Это сейчас к кубку относятся прохладно – сколько лидеров вылетает сразу. А тогда престиж турнира был не в пример высоким. Радостный Бещев издал приказ, и нам присвоили звание «почетный железнодорожник». Пять человек получило, в том числе и я. Классная медаль с паровозом. Это звание давало вполне реальные льготы, большинство которых, правда, только на случай войны. Никак еще народ не мог отойти от страшного испытания. Я стал непризывным на фронт, потому как почетные железнодорожники полезнее в тылу, семье полагалась царская норма угля и дров в военное время. Ну а когда кругом мир, позволялось бесплатно ездить в электричках, и два раза в год выдавали по два билета в мягком вагоне в любой конец СССР. Последнее нам с супругой было очень кстати.

А спартаковцы до сих пор не могут успокоиться. Обвиняют нас в грубости и нечестной игре. Недавно была встреча памяти Николая Озерова, в его восьмидесятилетний юбилей, так они аж через сорок пять лет заводятся, говорят: если б нас Рогов не ломал, то мы бы…

Женька действительно был одним из самых жестких защитников того времени. В финальном матче после столкновений с ним поле покидали Сальников, Ильин, Исаев. Больше всего Никиту с товарищами сейчас возмущает случай с Сергеем Сальниковым, тот вообще не смог продолжить матч, Рогов сломал ему ребро. В предыдущем сезоне был такой же случай, и тогда Серега, залечивая раны, сказал Симоняну:

– Никит, не будь я Салой, если я этого Рогова на будущий год не сломаю.