Веревка была только одна, поэтому сначала повесили друга Майка и стали ждать, пока тот перестанет дергаться в петле, чтобы затем вытащить его оттуда и повесить на той же веревке уже и самого Тайсона. Но этот способ казни требует времени, которого у любителей голубей не оказалось. Сосед, увидевший происходящее в окно, заорал, что сейчас вызовет полицию. Убийцы оказались столь же трусливыми, сколь и жестокими, и тут же ретировались.

Как известно, Достоевского в молодости чуть не казнили за участие в кружке петрашевцев. Дело дошло до надевания на голову черных мешков, но тут объявили о помиловании. Судя по тому, как часто он вспоминал это, Федор Михайлович от случившегося тогда так и не оправился. Какая-то частичка его души всю жизнь прожила в ожидании казни. Возможно, без этого он никогда бы не написал «Преступление и наказание», «Братьев Карамазовых» и «Бесов». Может быть.

Может, и Майк Тайсон никогда бы не стал тем, кем стал, если бы когда-то, остолбенев и отупев от ужаса, не смотрел, как дергаются ноги его дружка, висящего в петле, который только что стоял рядом с ним, не ждал того, что через несколько минут займет его место, и уже его ноги будут точно так же дергаться под пожарной лестницей.

Ох, не судите, да не судимы будете.

Дальше все было еще печальнее, но закончилось все, как мне кажется, каким-то примирением с жизнью и с людьми, которое для Тайсона началось в тот день, когда его нокаутировал Льюис.

Тайсон как Чацкий нашего времени

Любви все чудища покорны.

20.10.2001

Думаю, в истории журналистики не было обозревателя по боксу, который столько писал бы о женщинах, и это притом, что собственно о женском боксе я написал всего пару статей. Меня много за это ругали, но за эту статью не ругал никто. Надеюсь, вы не станете первыми. Ну а раз я уж ударился в такое хвастовство, то скажу, что эта статья очень понравилась человеку, чье мнение я ценю особенно высоко – Елене Вайцеховской.