И практически каждый год защитникам животных приходилось ловить этих несчастных животных, кастрировать и стерилизовывать, чтобы остановить рост их популяции. Особенно тяжёлая ситуация сложилась в Берлине: брошенными нашими военными «восточные» кошки после сноса Берлинской стены буквально хлынули в западную часть города и засели подвалы и другие укромные уголки. За время, прошедшее с этого исторического момента кошки совершенно одичали и уже не один раз дали дикое потомство. Специалисты считают, что на задворках западной части Берлина проживает и постоянно размножается не меньше 50000 бездомных кошек.

Принимая такого котёнка в дом, готовьтесь к тому, что его придётся лечить. Иногда — долго. А воспитывать…это уж потом, когда вылечите. Это касается практически любого котёнка, который пожил на улице, в приюте или в перенаселённой бездомными животными квартире хотя бы три дня. Исключения, конечно, бывают, но — редко.

Такой котёнок — особый. Он пережил много неприятных часов, когда скитался. Он знает страх, боль, голод, он попадал в опасные ситуации, он может стать нервным и пугливым. И человеку, который решится его взять в свой дом, придётся возвращать ему уверенность, что завтра все будет так же стабильно, как и сегодня, и ничего плохого больше не случится. И вам придётся искать к нему особый подход.

— Мы подобрали котёночка, вы его не возьмёте?

— А зачем тогда подбирали?

— Да сидел такой маленький, такой жалобный, мимо не могли пройти…

— А отдаёте почему?

— Да гадит в квартире…

— Так он же маленький, жалобный, скоро всему научите…

— Не возьмёте? Тогда мы его назад на помойку вынесем…

Вот это и называется состраданием? За время телефонных бесед с нашими милосердными гражданами я поняла: милосердие вещь удивительная, его почему-то надолго не хватает. Если ваше милосердие столь же скоротечно, то никогда, никогда не берите котёнка, выброшенного на улицу. Дайте ему другой шанс. Может, повезёт?