В противном случае эта интеллигенция наломает таких дров, которые не снились никакой номенклатуре. Она, эта интеллигенция, оторванная от больших политиков (чьи недостатки и пороки я описал выше, описывал многократно и могу описать с еще большей “яркостью и пронзительностью”), создаст столько поводов и возможностей для провокаций и самоподрывов, что гибель оппозиционного движения станет попросту неминуемой.
В 1990 году я пытался оказать помощь патриотическим альянсам, выходящим в выборное пространство. Это напоминало сумасшедший дом. Один лидер- маргинал орал благим матом: “Да здравствует коммунизм - светлое будущее всего человечества!” Другой “блажной” ему антагонистически как бы вторил: “Коммунизм - это иудо- фашизм!” Коллапс идеологий, коллапс антагонистических смыслов привел к сногсшибательному политическому разгрому. Этот разгром повторился в 1993 году, когда фашисты устраивали показные “хайль” для иностранных журналистов в центре Москвы, а солдатам, штурмующим “Белый дом”, внушали, что они наследники воинов Великой Отечественной и снова громят фашизм.
Постепенно и мучительно патриотическое движение выходило из маргинальной фазы. Я помногу и часто говорил о том, что всеядность погубит оппозиционное движение, превратит его в пеструю “богемную тусовку” с неопределенными политическими возможностями. Считал и считаю, что всеядность была избыточной, что идеологический синтез не произошел (или произошел не в тех формах и не в том качестве) еще и потому, что брошенные в смысловой котел ингредиенты были слишком контрастны, слишком самодостаточны и слишком несовместимы. Все это так. И я готов еще раз это все повторить. Но говоря об этом, я никогда не девальвировал тот титанический труд, который патриотическая интеллигенция и патриотические политики осуществили ВМЕСТЕ в невыносимых условиях, шаг за шагом выводя реальную патриотическую идеологию из дебрей маргинального бреда.