Поле, на котором предстояла встреча, производило впечатление свежевспаханного участка, по которому только что прогнали стадо. Это не позволило нам использовать скоростные атаки с участием Блохина и Шенгелии. Олег все время отходил назад, а Рамаз лишь периодически неожиданными рывками на подступах к штрафной соперников пытался сбить их с толку. Дважды его прорывы останавливал весьма сомнительными свистками арбитр встречи.

Но все же на 39-й минуте мы открыли счет. Блохин прекрасно ушел от опекунов и сделал точный пас направо Гуцаеву. Володя, не мешкая, прострелил вдоль ворот, куда на высокой скорости устремились сразу три наших футболиста. Первым у мяча оказался Черенков и спокойно отправил мяч в ворота метров с десяти.

Во втором тайме отличился Буряк. На 50-й минуте изумительным по красоте и совершенно неожиданным ударом метров с двадцати пяти он отправил мяч впритирку к штанге, хотя для развития атаки у него было несколько вариантов. Мы выиграли — 2:0, но по игре могли рассчитывать на большее. Состав наш был почти оптимальным на тот период, хотя из-за травм отсутствовали Бессонов и Кипиани.

В чемпионате страны мы стартовали весьма успешно. Дома обыграли своих одноклубников из Тбилиси — 3:1 и ереванский «Арарат» — 4:0, затем сыграли вничью на выезде с «Черноморцем» — 0:0. Каждый из нас понимал, что от уровня игры, которую мы продемонстрируем в матчах чемпионата страны, зависит наше пребывание в сборной.

Мы жили испанским чемпионатом, хотя до его начала было еще полгода. Я вообще не представлял себе, что это за соревнования. Часто приходил Володя Бессонов и натаскивал меня, настраивал на матчи мирового первенства. Помню, как-то спросил его: «Володя, а как там, на чемпионате, страшно?» Бессонов принялся было отвечать, но вдруг рассмеялся вместе со мной. Хотя он и старше на год и в сборной поиграл больше, но к главным футбольным смотринам четырехлетия, как и я, готовился впервые.