
Английский исследователь Джозеф Пристли (1733<197>1804 гг.) провел однажды интересное наблюдение, но так же, как и ван Гельмонт, не смог его правильно истолковать.
Как известно, свеча не может долго гореть под герметически закрывающимся колпаком. Как только кислород воздуха, поддерживающий горение, будет израсходован, свеча начнет мерцать, а затем и вовсе погаснет. Пристли положил под стеклянный колпак вместе с горящей свечой зеленые ветви и с удивлением установил, что свеча могла гореть заметно дольше. Следовательно, зеленые части растений каким-то образом должны были влиять на воздух. Какой процесс при этом происходил, об этом Пристли не имел никакого представления, но в этом нет ничего удивительного - об ассимиляции углекислоты тогда еще не знали.
Критика учения Аристотеля, начавшаяся уже с ван Гельмонта была продолжена в работах итальянского ученого Марчелло Мальпиги (1628<197>1694 гг.) и его французского современника Эдме Мариотта (1620<197>1684 гг.). Оба они установили, что вещества, поглощаемые растениями из почвы в качестве пищи, безусловно, подвергаются химическими превращениями до того, как будут использованы для построения тканей растений. Многочисленные исследования Стефана Хейлса (1677<197>1761 гг.) показали, что воздух также играет большую роль в образовании органического вещества растений.
