Наш шестой ребенок, Мэтью, родился после спокойного и безмятежного утра, когда я думала, что до родов еще далеко. У нас дома в это время были корреспондент местной газеты и фотограф, которые готовили статью о нашей семье. К тому моменту, когда я поняла, что рожаю (наверное, вы полагаете, что после пяти родов я должна была лучше разбираться в этом), у меня осталось время только для того, чтобы позвонить Биллу и постелить на кровать непромокаемые простыни. Наша акушерка не успела приехать и давала консультации по телефону, зато Билл удостоился чести принять собственного ребенка. Интересно, что Билл всегда ощущал особую связь с Мэтью — отчасти, как он считал, благодаря этому первому прикосновению. Я поняла, что мне гораздо легче рожать лежа на боку, чем полусидя и опираясь на подушки, как это было во время родов Эрин и Хейден. Вообще не опираться на спину — это совсем другое дело.Роды Стивена продолжались пять часов, причем первые четыре часа ощущения были такими слабыми, что я едва осознавала, что рожаю. Все резко изменилось в течение последнего часа, и мы на себе узнали преимущества использования воды для того, чтобы расслабиться и победить неожиданную боль (см. раздел «Вода и роды»). На этот раз наша акушерка была с нами и помогла Биллу в сложной ситуации принять и этого младенца. При рождении Стивена мы поняли важность непрерывной связи между матерью и ребенком. Если бы мы были в больнице, то тот факт, что Стивен родился с синдромом Дауна, заставил бы всех сосредоточиться на «проблеме», а не на естественных потребностях этого маленького существа.Наш восьмой ребенок — приемная дочь Лорен — родилась в больнице.
