Джип жирно хрюкнул и рванул, оставив растерянного адвоката около большой грязной лужи.

Направляясь в офис, Грановский не испытывал уже того радостного чувства, которое всякий раз возникало у него после освобождения из-под стражи очередного клиента. Семен Иосифович любил, когда его обретший свободу клиент подолгу благодарил его, смаковал отдельные детали адвокатского труда, а через пару дней появлялся с букетом цветов и подарочной коробкой. От Квасникова он ожидал того же. А теперь Грановский чувствовал себя как обиженный ребенок, у которого отобрали любимую игрушку.

Только уединившись в своем кабинете и насладившись созерцанием любимого черного кота, чью каменную, почти доисторическую головку контрабандой вывезли из Испании – так по крайней мере утверждал даритель, – Грановский успокоился. А выпив рюмочку любимого молочного ликера, он уже благодушно поглядывал на пухлую пачку «зеленых». Гонорар соответствовал его представлениям о благодарном клиенте. Но что-то мешало ему переключиться на другие срочные дела. Семен Иосифович набрал номер Квасникова. Тот был дома и сразу пресек любые вопросы Грановского:

– Все нормально. Я был должен. Претензий к ребятам нет.

Он не был настроен дальше развивать эту тему. «Ну и черт с тобой», – подумал Грановский и уже напоследок полюбопытствовал, как фамилия молодого человека.

– Суворов, – односложно ответил Квасников и положил трубку.

Ольга продолжала что-то говорить, но Грановский слушал вполуха. Перед ним стояла дилемма – соглашаться на защиту или нет. С одной стороны, участие по уголовному делу, в котором основным фигурантом выступает крупный бизнесмен с хорошими связями, прибавит известности его фирме не только на Урале, но и в Москве. В то же время заказной характер дела очевиден – не каждый день министр внутренних дел трубит о раскрытии преступной банды, возглавляемой известным депутатом.