Все это Вася слышал и как потом жалел, что не разговорил покупателя. Дядю Семена знает… Сука проклятая, поговорить не дала, что выделывала, юлой крутилась и выла, почти всю цепь на себя намотала. Хуже того, когда покупатель достал деньги и протянул их Васе, позабыл спросить у него даже фамилию.

Несколько дней Вася ходил богатым. Оставаясь дома один, он пересчитывал деньги, перекладывал четвертные к четвертным, десятки к десяткам. Денег не прибывало и не убывало, но Василий, собрав все бумажки в пачку, жмурился и держал ее долго в руке. Слава богу, Шурка и не спрашивала, куда подевалась собака…

Вася носил деньги при себе, и ему нравилось заходить в магазины, сознавать, что и без Шурки он может купить себе, что понравится, может прогулять их, может истратить, как того пожелает душа. Душа пока молчала, и он понял — носить при себе такие деньжищи дело неумное. А потеряешь? А украдут? А Шурка узнает, что Динку продал?

Поначалу Вася избрал место для тайника на чердаке дома, но через день передумал. Высоковато и неудобно. А если Шурка дома, и деньги потребуются? В самом деле, прятать деньги там было опасно… Во! Лучше и не придумаешь! Во дворе! В Динкиной конуре!

Однажды Вася пришел с работы и обомлел. Без какой-либо привязи около конуры лежала Динка и пристально на него смотрела. Он не успел обрадоваться, страх обжег его: «Шурка нашла деньги и выкупила Динку обратно?»

Деньги оказались на месте. Он еще раз приподнял верхнюю доску конуры. Тугой сверток в целлофановом мешочке, перевязанный крест-накрест изоляционной лентой, никто не тревожил. Хотел было его перепрятать, но передумал — лучшего места не отыскать. На всякий случай заколотил в доску еще один гвоздь и, успокоившись, поманил Динку к себе:

— Убежала? Не зря говорили, верная! Ух, ты! Больше сотни километров отмеряла?

Вася так и не заходил в дом, нашлись во дворе дела. Что-то мурлыкая себе под нос, он разговаривал с Динкой: