Этот же порядок посылки разведчиков, я наблюдал вчера, и много раз раньше на других озерах.

Пора… Сняв шубку и покрыв ею собаку, лежавшую у стога, с которого велось наблюдение за утками, я пошел к ним, — сперва ходом, наклонившись к земле, а потом, — «спешился» и пополз.

В серо-желтой охотничьей куртке, подходящей к цвету лугов, я не был заметен.

— Только бы доползти до кочек!..

Но добраться к кочкам, это значило добраться и к уткам…

Пришлось ползти саженей двести. Сквозь тонкую куртку пробирало ветром. Без рукавиц, — мерзли руки.

Я полз медленно, — больше часа, — и когда подобрался к намеченному месту, утки уже заплыли в берег, и только на чистой воде озера, за линией кочек, сидело несколько уток.

Очевидно, — сторожевые. Одни, положив голову под крылья, спали. Другие, втянув шеи в туловища, немного помигают глазами, и тоже задремлют.

В этой дремоте, дозорные, — свои задания проспали и меня проглядели…

В кочках, в расстоянии от меня 20–30 шагов, утки крякали, хлопали по воде крыльями, купались. По голосам и всплескам, — уток много, рядом со мной и по всему берегу. Но все они в разброде. Проплывут между кочками одна, две утки, и снова не видно ни одной.

Один селезень, где-то рядом со мной, тихо «шваркает» и подвигается к берегу. Выплыл на чистую воду и вылез на невысокую плоскую кочку. Встряхнул крыльями, и втянув шею в туловище, задремал.

От меня до этого селезня не больше двадцати шагов.

Пришпилить его к кочке из правого ствола, а затем, когда после выстрела поднимутся другие, добыть из левого еще одного или пару…

— Нет, это меня не удовлетворит…

Из за двух уток — не стоило два дня ходить на озеро мерзнуть, и сегодня ползти более двухсот сажен. Нужно использовать эти два выстрела с большей для себя выгодой.

Вечером, все утки выплывут из кочек, соберутся в одну большую стаю, и уже с воды полетят на поля; в это время их общего сбора, два выстрела по утиной «каше», — могут дать охотнику не одну пару уток.