До приобретения дома, в нашем дворе, под клетками кроликов, около сарая, множество брошенных собак устроило себе приют. Они появлялись только на ночлег, когда темнело. Изгородь была «худая» и не затрудняла их передвижения. Сколько собак ночевало в приюте, трудно сказать. Одно очевидно, их было немало, от очень маленьких, до двух крупных, которым я дал клички Куцый и Рыжий. Всех собачек объединяло одно горе — бездомье и их бродячее, голодное существование. Вероятно, поэтому они жили дружно между собой и не дрались. Наше появление в доме испугало некоторых, и они ушли со двора. Благо в селе покинутых дворов хватало. Те же, которым приглянулся двор, оставались ещё некоторое время. Вскорости у жены на работе во дворе разобрали одно ненужное здание, а кирпич и доски отдали ей. Доски пошли на капитальный ремонт забора. Калитку оставляли открытой и собаки могли свободно входить и выходить со двора. Во дворе мы собирались весной сажать овощи, а без изгороди — дело бесполезное.

На прежней работе моя соседка, преподаватель, готовила еду для бездомных кошек и считала это своим прямым долгом. И хотя ряд наших коллег относились к её поступкам скептически, но, по большому счёту, в душе не осуждали такие действия. Многие, если не все, пережили войну, а, следовательно, и голод, и знали, почем фунт лиха. И опроси их, нужны приюты для бездомных животных, или нет, ответят положительно, ибо гуманность и милосердие исконно славянские и вообще человеческие черты характера.

Однажды я спросил у одного соседа, откуда в селе столько бездомных собак. Он показал рукой в сторону электрички и объяснил. За железной дорогой дачи горожан. Весной, перед сезоном садово-огородных работ, множество жителей города толпами сходят с электрички и устремляются на свои дачи, прихватив с собой в основном щенков, чтобы они играли с детьми, а затем охраняли их участки от посторонних. Осенью, когда им надоедало возиться с собаками, они прогоняли их.