3-й пример. С.Щербаков стоял в широкой стойке, сильно наклонившись вперед, одновременно защищая подставками рук несколько мест на теле (комбинированная защита), дополняя наклоном туловища. Десятикратный чемпион страны.

4-й пример. В.Попенченко таких боксеров называют «корявыми». Его удары идут по другим траекториям и углам. Эти боксеры и сами называют свои удары «полупрямой», «полубоковой», «полуапперкот». Он широко держал руки и в стойке сильно отклонялся назад. Но тем не менее был остр, результативен и ярок. Лучший боксер Олимпиады в Токио.

5-й пример. Л.Папп венгр-левша. Боксировал во фронтальной стойке, одинаково сильно бил с двух рук. Трехкратный олимпийский чемпион. Чемпион мира среди профессионалов.

6-й пример. К.Клей (М.Али) супертяж, а сверхподвижен. Нередко ходит ногой с пятки. Олимпийский чемпион в Риме, трехкратный чемпион мира среди профессионалов.

Несогласие тренеров с индивидуальной тактикой боксирования и попытки переделать и подогнать ее под более академический тип недопустимо. Острая тактика В.Агеева, построенная на невероятно быстрой реакции, постоянно приносила ему успех. Он был раскрыт с опущенными руками и напоминал тореадора на ринге! Его поведение на ринге отрицало все технические каноны, которым тренеры придают большое значение.

Требовать от Виктора поднять руки на уровень головы значило бы грубо вмешаться в установившуюся манеру боя Агеева, нарушить его индивидуальность. Несмотря на всю их непредсказуемость, необычность и оригинальность, противостоять можно и этому типу боксеров. Их индивидуальности необходимо противопоставить:

а) расчетливость в действиях;

б) классическую защиту;

в) академическую работу в бою с ними.

Для этого случая характерен пример боя Б.Лагутина с В.Агеевым на первенстве СССР в Ленинакане в 1968 г. Вот как описывает этот бой К.Градополов в книге «Воспоминания боксера»:

«…Борис доказал свое неоспоримое преимущество, выиграв во всех трех раундах. Все попытки Агеева самому действовать активно разбивались о непроницаемую защиту Лагутина. И если Агеев „сгорал“, то Лагутин, наоборот, становился только крепче».