– Попытаюсь угадать, – ответила миссис Оутс. – Это копченая грудинка и связка испанского лука, и если вы откроете дверь кладовой, то убедитесь, что я не слишком ошиблась. Пошли. Здесь больше ничего нет.

Элен запротестовала.

– После ваших «веселых» сказок я не усну, если не открою каждую дверь. Я должна убедиться, что там никто не прячется.

– А что может сделать такая пигалица, как вы, если увидит убийцу?

– Напасть на него, не раздумывая. Если хорошенько рассердиться, то никакой страх не возьмет.

Миссис Оутс рассмеялась, но Элен все же настояла на том, чтобы взять в моечной свечу и пройтись по всему этажу. Миссис Оутс охраняла Элен с тыла, пока та внимательно осматривала кладовую, буфетную, столярную мастерскую, кладовую для обуви и другие служебные помещения.

В конце коридора находился еще один проход, который вел в дровяной склад и угольный погреб. Элен освещала каждый выступ, каждую нишу, пробираясь среди пыльных мешков и заглядывала во все уголки.

– Что вы надеетесь здесь найти? – поинтересовалась миссис Оутс. – Приятного молодого человека?

Но когда Элен остановилась еще перед одной закрытой дверью, она перестала улыбаться и сердито сказала:

– Вот место, куда не попадем ни мы с вами, ни кто-нибудь другой. Если ваш псих попадет сюда, то я скажу, что ему очень повезло.

– Почему? – спросила Элен. – Что там?

– Винный погреб, ключ есть только у профессора. Ближе этой двери к нему не подойти. Я дала себе клятву, что если мне когда-нибудь попадется ключ от этого погреба, в нем станет одной бутылкой бренди меньше.

– Вернемся в кухню, – предложила Элен. – Я должна рассказать вам что-то страшное.

На кухне было тепло и уютно. Элен смотрела на раскаленные угли в камине, гладила рыжего кота, и вечернее приключение казалось ей чем-то очень далеким.

– Я обещала вам рассказать кое-что, – заметила Элен. – Так вот, хотите верьте, хотите нет, но когда я проходила по роще, то встретила этого… душителя.