Элен поняла, что Симона отказалась посетить Синюю Комнату, хотя Ньютон много раз просил ее об этом.

– Он проявил прекрасный вкус, – сказала она. – Его жена очень красивая. А я вовсе не его жена.

– Кто же вы такая?

– Я помощница, меня зовут мисс Кейпел.

Старуха вздрогнула, лицо ее исказилось, блестящие глаза уставились в одну точку, рот открылся, как будто она хотела закричать.

«Чего-то испугалась, – подумала Элен. – Но чего? Кажется, меня!»

Последующие слова леди Варрен опровергли это волнующее предположение. Она перевела дыхание и крикнула низким, почти мужским голосом:

– Уходите!

Испуганная этой внезапной переменой, Элен повернулась и бросилась бежать, каждую минуту ожидая, что об ее голову разобьется бутылка с лекарством. Но не успела Элен добежать до двери, как ее остановил новый крик:

– Вернись, глупышка!

Удивленная таким поворотом событий, Элен подошла к кровати. Старуха заговорила так тихо, что Элен едва могла различить слова:

– Уходи из этого дома. Слишком много деревьев.

– Деревьев? – переспросила Элен, вспомнив о страшном дереве у ворот, последнем в ряду молодых лиственниц.

– Деревьев, – повторила леди Варрен. – Они вытягивают ветви и стучат в окна. Они пытаются войти в дом… Когда наступает темнота, они движутся. Ползут к дому… Уходи.

Одной из маленьких слабостей Элен было стремление нравиться, и ей очень хотелось завоевать симпатию леди Варрен.

– Удивительно! – сказала она. – Я подумала об этих деревьях совершенно то же, что и вы.

К несчастью, леди Варрен восприняла слова Элен как недопустимую вольность.

– Я не желаю слушать, о чем ты думала. Если я и беспомощна… Как тебя зовут?

– Элен Кейпел, – ответила Элен, обескураженная раздражением больной.

– Сколько тебе лет?

– Двадцать три.

– Не ври. От силы девятнадцать. Элен была удивлена проницательностью старухи. Ее хозяева не оспаривали возраст, который она указала. Допрос продолжался.